Накануне книжной ярмарки «Пражская книжная башня» политолог и публицист Александр Морозов рассказал Радио Свобода о судьбе русскоязычной эмиграции, культурных инициативах за пределами России и будущем языка.
По словам Морозова, в эмиграции всегда политическая активность ослабевает со временем, а культурная сфера выходит на первый план. Это было и у первой волны эмиграции после 1917 года, и у белорусской, и у иранской диаспоры. Сегодня, на книжных ярмарках в Праге и Берлине, можно увидеть авторов разных поколений — от писателей, уехавших ещё в 1970-е, до новой волны эмигрантов после вторжения России в Украину.
Первый год после 24 февраля 2022-го он называет временем «литературы шока»: многие уехали без подготовки, оказавшись в ситуации резкого разрыва связей. В итоге возник обширный культурный ландшафт — новые образовательные проекты, издательства, премии, фестивали. Этот книжный бум военного времени делает заметными и довоенные инициативы в Европе, а русскоязычные авторы получили приглашения на крупные международные ярмарки.
Морозов подчёркивает, что не считает правильным строить альтернативный «русский мир» даже в демократическом обличье. Каждый автор, художник или режиссёр должен оставаться в собственной творческой позиции, без объединяющей идеологической рамки. Смысл имеют институции — премии, фонды, фестивали, творческие резиденции, которые показывают разнообразие русскоязычной культуры.
Вопрос «коллективной ответственности» Морозов считает источником бесконечного хейта внутри диаспоры, которым только радуются спецслужбы. Он предлагает исходить из презумпции доброго намерения: ценить тех, кто уехал в разные годы, и тех, кто остался в России, но сохраняет внутреннюю свободу.
На взгляд Морозова, политического движения в эмиграции нет и быть не может: борьба с путинским режимом переместилась в сферу культуры, языка и медиа. Именно поэтому так часто звучат обращения к опыту литературы свидетельств и к европейским писателям XX века.
Свободная мысль, уверен он, всегда персональна. В СССР важным было осознание, что «там» существует другая культура — журналы «Синтаксис» и «Грани», издательство «Ардис», имена Галича, Бродского, Довлатова. Русская речь в эмиграции звучала иначе, свободно, и это поддерживало тех, кто оставался внутри. По мнению Морозова, сегодня культурный диалог тоже сохранится именно благодаря свободному слову, обращённому к тем, кто остаётся в России.
