Знаете, что в эмиграции бьёт больнее всего? Не бюрократия, не языковой барьер и даже не тоска по родным. С этим как-то научились бороться при помощи видеосвязи. Нет. Самое страшное — это когда понимаешь, что нормальных семейных посиделок больше не будет. И корпоративов тоже. Скорее всего, никогда.

Дома у многих было просто: звонишь маме — «в воскресенье ждём всех», и через пару часов квартира уже набита до отказа. Условная тетя Люда притаскивает ведро своего фирменного оливье, дядя Саша рассказывает один и тот же анекдот про Путина уже в семнадцатый раз, но все ржут, потому что это традиция.

В Сербии с доброй завистью смотрю, как в рестораны собирается расфуфыренная родня: тремя-четырьмя поколениями, с орущими младенцами, ворчащими, но радостными стариками, пузатыми важными дядями. Они свои, они дома и у них есть многочисленная родня.

Знаю пару кейсов релокантов, которым удалось перетащить к себе за границу всех своих. Но это, скорее, конечно же, исключение.

Как справляться? Пробовал разные способы: созваниваемся с родными по видео — они там в полном составе жрут шашлыки на снегу, а мы тут с пиццей из Lidl. Эффект: тоска усиливается втрое.

Еще вариант и он вполне рабочий: собираем «русский стол» с друзьями-эмигрантами — вроде весело и через час все начинают жаловаться на цены в Европе, ругать Путина и европейские санкции против россиян. Получается и застолье, и групповой сеанс психотерапии.

Можно ходить на чужие праздники, если пригласят. Сидишь среди местных, все улыбаются, но ты всё равно чужой. И шутки не всегда понимаешь. Как будто пришёл на чужую свадьбу и сидишь за дальним столиком.

Еще один неплохой вариант: коммьюнити вокруг какого-нибудь увлечения, спорта. В Нови-Саде, например, получилось замечательное коммьюнити любителей фехтования, к которому присоединились даже местные сербы. А еще есть дружный чат, объединяющий играющих в падел-теннис. Его участники организуют соревнования и праздничные посиделки, на которых кажется, что вот она и есть, твоя большая семья.

Помогает не всегда. Например, один из участников клуба фехтования, эмигрант из России, недавно покончил жизнь самоубийством. Повесился. Но в целом эмигрантская жизнь благодаря микро-сообществам становится терпимее.