В этот день в 2014 г. страна ввела запрет на ввоз в страну определенных категорий продовольственных товаров , в том числе, и его родимого. В ответ на санкции, которые ввели в ответ на захват Крыма.

Хамон тогда наряду с пармезаном явно стал символом. Помню, как тогда говорили идеологически подкованные товарищи: «Ну, смешно же, хамона не поедите?! Своих что ли продуктов нет?».

Так и казалось поначалу. Но хамон стал первым. Потом исчезли выборы. Затем окончательно растворился парламент. Куда-то подевалась свободная пресса. Остатки Фемиды. Началась кровавая война и сроки для инакомыслящих стали двузначными. Политиков несогласных поубивали, кого до войны, кого после.

И вот теперь друг релокант, сидя напротив меня, пытается дозвониться пожилому отцу в Россию по вотсапу. И все тщетно. Одни хрипы, потеря связи, снова попытка связаться — и снова оттуда нечленораздельные звуки. Релокант в ярости. Хороший вэпээн спасает, но еще надо как-то умудриться поставить пожилому человеку по ту сторону железного занавеса.

Электронные письма, почтовые голуби, текстовые сообщения. Понятно, что мы как-то выкрутимся. Не станем платить операторам связи с тотальной прослушкой и запредельными ценами. Но как быстро по историческим меркам мы дошли от запрета хамона до запрета на живое общение?

Источник: телеграм-канал «Эмигрицепс»