Чемоданные оптимисты

Сидят на нераспакованных чемоданах. Искренне верят, что после Путина родина мгновенно превратится в страну розовых пони, где релокантов, будут встречать у самолета с хлебом и солью, заглядывать в глаза и спрашивать: «Как же нам теперь обустроить Россию?».

Чемоданные пессимисты

Достали из чемоданов ровно половину вещей. Ждут «хороших новостей», думскролля оппозиционные СМИ, но на всякий случай сделали ВНЖ, завели собаку и пытаются учить местный язык. Безуспешно потому что думскроллят русские новости.

Двустульевые

Они не рвут с Россией, но и не цепляются в нее зубами. Утром едят багет с маслом и видом на Эйфелеву башню, вечером тайком смотрят старый Comedy Club. Адаптируются осторожно, не забывая разок в месяц-два скататься в Москву, простояв сутки на эстонско-российской границе. Надеются, что скоро «все кончится» и снова запустят прямые авиарейсы из Москвы в Рим.

Ностальгические фаталисты

Живут полной жизнью за границей, учат язык, ищут местного работодателя, не забывая постить российские мемы и фоточки из детства. Кредо: «Ненавижу режим, но люблю мамины пирожки и природу средней полосы». Скорее, заберут к себе маму с пирожками, чем наоборот, а природа их в целом и на Кипре устраивает.

Максималисты-активисты

«Россия сломала мне жизнь, а здесь теперь я дышу полной грудью! А там я все не-на-вижу!», — сказал мне как-то представитель этого типажа, переехавший в ЕС. Избавляются от русских имен, безуспешно стараются забыть русский, с остервенением учат местный. Соблюдают традиции избранной локации с энергией, приводящей в ужас даже аборигенов. Отказываются от гражданства РФ, а если не выходит, демонстративно сжигают паспорт. Требуют немедленной деколонизации родины и дерашизации всех, кто еще там находится.

Источник: телеграм-канал «Эмигрицепс»